Глобальное в частном: Национальные особенности регулирования онлайн-пространства


Интернет-технологии не только способствуют улучшению качества жизни, но и создают немало проблем. Хранение и защита личной информации граждан, противодействие онлайн-экстремизму, идентификация пользователей, которые раньше успешно прикрывались анонимностью, – это лишь часть новых забот государства. Чтобы справиться с ситуацией, регуляторы вынуждены прибегать к различным способам контроля виртуального пространства.

Назвался блогером…

Практика придания статуса СМИ различным интернет-ресурсам известна во многих странах. Главная цель подобных мер – распространение на блогеров и пользователей социальных сетей ответственности за сказанное в публичном пространстве. Идея такова, что каждый должен отвечать за свою публикацию так же, как сотрудник печатного или электронного СМИ. Но это вовсе не означает автоматическое наделение блогеров правами и преимуществами профессиональных журналистов.

В ряде стран, где отсутствуют законы о придании статуса СМИ блогам, авторов все равно привлекают к судебной ответственности за негативные высказывания в Сети. Так случилось, например, с французским комиком Дьедоне Мбала-Мбала, пошутившим над недавними терактами в Париже на своей страничке в Facebook. Теперь он предстанет перед судом за «оправдание терроризма». Законодательной базой для действий властей стал Уголовный кодекс. Надзором за интернет-контентом во Франции занимаются министерство народного образования и Высший совет по аудио- и видеовещанию, ведущие сразу два списка запрещенных ресурсов – с порнографией и с расистско-антисемитскими высказываниями.

В большинстве стран СНГ, в отличие от Франции, подобные разбирательства опираются на специальную законодательную базу. Например, в Казахстане в 2009 году был принят закон о регулировании Глобальной сети. В соответствии с ним все веб-сайты, чаты, блоги, интернет-магазины и электронные библиотеки приравниваются к СМИ. На них распространяется уголовная, гражданская и административная ответственность. Важно, что отвечать придется не только за посты, но и за комментарии к ним. Более того, любой гражданин может подать в суд на зарубежное издание или на социальную сеть, если увидит в публикациях что-нибудь аморальное или незаконное.

В первую очередь, надзорные органы страны борются с экстремистским контентом. Яркий тому пример – дело жительницы Алма-Аты Татьяны Шевцовой-Валовой, которую за размещение провокационных постов в Facebook обвиняют в разжигании вражды к казахскому народу. Наказание за подобный проступок может составить до семи лет тюрьмы.

Подобный нормативный акт был принят в Белоруссии. С 1 января этого года любые онлайн-ресурсы, включая зарубежные, считаются полноценными СМИ. Отвечать за преступления будут даже службы частных объявлений. С 9 января регистраторы доменных имен обязуются уплачивать государству единовременно примерно 90 тысяч белорусских рублей (около 400 российских рублей) за создание нового сайта. Очевидно, что эти затраты поставщики интернет-услуг компенсируют за счет своих клиентов. К слову, в Иране не взимают подобных пошлин: для регистрации сайта заявитель должен быть лояльным Конституции и исповедовать официальную веру.

Если в Казахстане и Белоруссии за неосторожные слова можно подвергнуться уголовному наказанию, то во Вьетнаме существует финансовая ответственность. За «неправильную» новость, размещенную в Facebook, пользователь должен будет заплатить штраф в размере $5 тысяч.

 

Улыбочку, снято!

Посетители интернет-кафе часто вызывают у правоохранителей подозрения в связи с тем, что могут использовать чужие ПК для противоправных целей или сокрытия своей переписки от надзорных инстанций.

В Белоруссии владельцы компьютерных клубов с 2010 года осуществляют обязательную идентификацию посетителей. При оказании услуг передачи данных владельцы интернет-заведений обязаны хранить данные пользователей и историю посещений сайтов. В Индии хозяева клубов фотографируют пользователей для возможного оказания помощи полиции в борьбе с преступностью.

Самый серьезный контроль в интернет-кафе существует в Иране. Новое законодательство утверждает, что все провайдеры и компьютерные клубы должны получить лицензию от правительства. Помимо этого, они должны установить и использовать системы фильтрации «нежелательного» контента с дальнейшим предоставлением собранных данных в министерство информационных технологий.

 

Сообщение не отправлено

Блокировка бесплатных голосовых сервисов или приложений обмена мгновенными сообщениями чаще всего применяется для лишения террористов или оппозиционеров возможности координировать свои действия.

Безусловным лидером по блокировке мессенджеров и сотовой связи является Таджикистан. Во время протестов в Душанбе нельзя было воспользоваться даже передачей SMS-сообщений, не говоря уже об OTT-сервисах. В Узбекистане в качестве меры по борьбе с исламским терроризмом применяют блокировку мобильного интернета, а с октября 2014 года национальный провайдер «Узтелеком» начал препятствовать совершению звонков через Skype, WhatsApp, Viber, «Агент Mail.Ru», ICQ, FireChat и т. п.

Подобные меры применялись властями Китая из-за беспорядков в Гонконге.

Контроль OTT-сервисов есть и во Вьетнаме. В самом популярном мессенджере страны Yahoo Messenger не всегда доходят «неправильные» сообщения. В январе 2015 года сервисы Viber и Tango были заблокированы в Бангладеше. По заявлениям властей, это сделано в рамках борьбы с преступностью.

Подобные методы блокировок характерны не только для азиатских государств и стран бывшего СССР. Например, во время массовых беспорядков в Великобритании в августе 2011 года власти полностью отключали доступ к мессенджерам, чтобы нарушители не могли провести новые акции.

 

Телефонное право

На постсоветском пространстве особняком стоит Азербайджан, в котором до сегодняшнего дня уделяется очень мало внимания регулированию интернет-контента и предоставления доступа во Всемирную сеть. Если использованием радиочастотного спектра и лицензированием занимается отдел регулирования министерства связи и высоких технологий, то контроль провайдеров, предоставляющих проводной ШПД, практически не осуществляется. Такая же ситуация наблюдается с публичнымиWi-Fi-сетями и идентификацией пользователей.

Что касается противоправных и общественно опасных материалов в интернете, то в Азербайджане только начинаются обсуждения по методике и способам блокировки ресурсов. В настоящее время экспертные советы при Милли Меджлисе (парламенте) и правительстве республики изучают опыт других стран в фильтрации контента. Здесь азербайджанские власти ориентируются на опыт России. Интересно, что, несмотря на отсутствие законодательной базы для фильтрации, международная правозащитная организация FreedomHouse поместила Азербайджан в категорию стран с частично свободным интернетом (55 баллов). Объясняется это традиционно сильным в стране «телефонным правом», при котором неугодные материалы убираются из публичного доступа по звонку заинтересованных органов без всяких на то законных оснований.

Для сравнения, Армения в рейтинге FreedomHouseнабрала 28 баллов, а Грузия – 26. Этот рейтинг выглядит странным не только применительно к Азербайджану. Так, другая, не менее влиятельная международная структура – ОБСЕ – пару лет назад внесла Грузию в список стран с сильной интернет-цензурой. Эксперты организации отмечают, что грузинское законодательство содержит «противоречивые и недостаточно определенные» положения, которые могут «создать рычаг для незаконных ограничений свободы самовыражения» в Сети.

 

Камера хранения данных

Принятый в России закон о хранении персональных данных[1] был оценен отраслью неоднозначно, однако на самом деле является отражением глобального тренда защиты личной информации граждан.

Так, в апреле 2011 года правительство Франции потребовало от представителей телеком-отрасли хранить в течение одного года пользовательскую информацию, даже если аккаунты были удалены, и предоставлять госструктурам доступ к этим данным, включая полные имена, почтовые адреса, телефонные номера и пароли.

В Великобритании эта тема также не обойдена вниманием. Так, 12 января 2015 года был обнародован план премьер-министра страны Д. Кэмерона по контролю интернета. В нем предполагалось, что все IT-компании должны давать доступ к личной информации граждан. Но в начале февраля в парламенте «Билль о передаче данных», устанавливающий срок хранения персональной информации на серверах в течение года, был отклонен.

 

О’кей, Google?

Особые нарекания со стороны Евросоюза традиционно вызывает деятельность американских интернет-гигантов, особенно корпорации Google. Например, Германия неоднократно требовала, чтобы поисковик перестал бесплатно давать краткое содержание некоторых статей из немецких газет. Но более всего в спорах с сервисом отличилась Франция. В конце 2009 года французский суд запретил компании оцифровывать местные книги без разрешения издателей. В начале 2013 года было принято решение обязать Google платить за право использовать новости французских СМИ, если компания не урегулирует спор о доходах от рекламы с издателями.

Теракты в Париже января 2015 года заставили задуматься о большей безопасности. Президент страны Франсуа Олланд заявил о готовности вынести на рассмотрение властей Европейского союза инициативу, налагающую на руководство Google, Facebook и других интернет-сервисов обязательство противодействовать публикации экстремистских материалов.

ЕС не исключает возможности введения налогов для нескольких крупнейших американских интернет-компаний в рамках плана по созданию единого европейского цифрового рынка. Об этом заявил в январе 2015 года еврокомиссар по цифровой экономике и обществу Гюнтер Эттингер.

 

***

 

Каждое государство выбирает свои методы регулирования интернета. Где-то они более жесткие, где-то более либеральные. Однако общие правила контроля Сети пока не выработаны, поскольку национальные особенности превалируют над глобальными трендами.

[1] Федеральный закон от 21 июля 2014 года № 242-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части уточнения порядка обработки персональных данных в информационно-телекоммуникационных сетях».

 

Алексей Балашов, Семен Извеков


Комментарии


Наши координаты:

Москва, ул. Дербеневская, д. 20, стр. 24
Тел: /495/ 223-48-38

DMGBCAGIHCGFGGDNCCGNGBGJGMHEGPDKGNGBGJGMEAHCHDHAGFGDHEHCCOGDGPGNCCDOGNGBGJGMEAHCHDHAGFGDHEHCCOGDGPGNDMCPGBDOO

© АНО "Радиочастотный спектр" при поддержке Роскомнадзора
2012-2015

Website design by Arni Media Website design by Arni Media

×