Владимир Трещиков
генеральный директор ООО «Т8»

Производитель в своем отечестве

«Единственное решение проблемы информационной безопасности – это создание доверенного оборудования внутри страны»

Рынок телекоммуникационного оборудования в России представлен в основном зарубежными игроками. Отечественных предприятий, производящих конкурентоспособные устройства, довольно мало. Компания «Т8» стоит особняком. Она занимает существенную долю рынка и успешно соперничает с иностранными вендорами. К 2017 году «Т8» развернула около 70 тыс. км магистральных сетей DWDM [1] и поставила мировые рекорды по скорости и дальности передачи данных. Генеральный директор компании Владимир Трещиков рассказал РС, какие преимущества по ценам и защите информации дает отечественное оборудование, что мешает развиваться российским телеком-производителям и какие шаги может предпринять государство для их поддержки.

РС: Какова сегодня ситуация на отечественном рынке производства телеком-оборудования? Как себя чувствует бизнес «Т8»?

Владимир Трещиков (В. Т.): Рынок телеком-оборудования находится в стагнации. Причина – небольшой объем заказов из-за кризиса. Но есть еще одна проблема – централизация рынка. Если раньше в России работали сотни и даже тысячи маленьких операторов, то сейчас их остались десятки. Естественно, это отразилось на бизнесе небольших производителей. В рыночной среде каждый из них так или иначе мог найти свою нишу. А централизация заказчиков привела к существенному сокращению их числа.

Еще один удар по отрасли нанесло импортозамещение первой волны. Суть этого процесса можно выразить одной фразой – замена американского оборудования на китайское. Эти факторы привели к уменьшению оборота нашей компании практически вдвое. Но сейчас можно сказать, что наступило некоторое улучшение ситуации. Уже нет такого «окитаевания» страны. Для нашей компании начало 2017 года оказалось очень успешным. Сейчас «Т8» хорошо себя чувствует на рынке, мы прибыльная компания, постоянно инвестируем в новые разработки собственные деньги, при этом у нас нулевой уровень закредитованности.

РС: Китайские производители занимают большую часть отечественного рынка?

В. Т.: Да, и это серьезная проблема. Существует мощное лобби, которое помогает восточным производителям завоевать отечественный рынок. Межправительственная российско-китайская комиссия открыто выступает за внедрение Huawei. Все ключевые операторы связи (их после централизации осталось не более десятка) подписали с этой китайской компанией стратегические соглашения на поставки оборудования примерно на 1 млрд долларов. Это сделало работу российских производителей, по сути, бессмысленной. Сейчас у Huawei примерно 60-70% коммерческого рынка.

Что касается государственных применений, то здесь ситуация лучше. Конечно, китайцы стараются «мимикрировать» – выдать себя за российские компании, получить сертификацию оборудования. Но у них нет статуса ТОРП (телекоммуникационное оборудование российского происхождения), за что надо поблагодарить Министерство промышленности и торговли Российской Федерации. Очень хорошо, что Минпромторгу удалось сдержать напор хотя бы на рынке госприменений.

РС: В чем минус внедрения иностранного оборудования?

В. Т.: Самое главное – это серьезная угроза информационной безопасности. Современные скоростные когерентные телеком-системы настолько сложные и гибкие, что невозможно проверить, какие данные они собирают и передают. Высказывается мнение, что в импортном оборудовании нет прослушки и проблема информационной безопасности в нем решена. Но это не так. Есть обоснованные опасения, что узловые станции занимаются анализом трафика, а результаты уходят за границу. Это просто катастрофа.

Единственное решение проблемы информационной безопасности государства – это производство доверенного оборудования внутри страны.

Что сделали американцы? Они полностью запретили применение оборудования Huawei на территории США из-за угрозы информационной безопасности. Что сделали китайцы? По той же причине запретили у себя американское оборудование. Что произошло в России? Повсеместно внедрили оборудование Huawei, которое теперь занимает львиную долю рынка.

РС: Почему, на Ваш взгляд, российские операторы выбирают Huawei?

В. Т.: Во-первых, китайцы научились делать действительно хорошее оборудование. Во-вторых, у Huawei мощнейшая поддержка со стороны государства. Китайский госбанк позволяет компании брать кредит под низкие проценты или нужную сумму в рассрочку и выплачивать долг с дохода. Российские финансовые организации не только не могут предложить сходный продукт, но и вообще отказываются об этом разговаривать. Так как «Т8» входит в пятерку самых прогрессивных компаний «Сколково», то я просил фонд устроить нам встречу с Германом Грефом (президент «Сбербанка России». – Прим. ред.). Не получилось. При этом в Сбербанке заявляют, что оборудование ему будет поставлять Huawei. В общем, у китайцев есть мощнейшие административно-лоббистские ресурсы.

Я очень надеюсь, что появятся подвижки к лучшему. Мы участвуем в проекте Минэкономразвития «Поддержка частных высокотехнологических компаний-лидеров» («Национальные чемпионы»). И когда нас в министерстве спрашивают, что предпринять, я предлагаю повторить историю успеха Huawei и договориться со всеми ведущими российскими операторами о стратегических соглашениях с отечественными производителями, в том числе, с нашей компанией.

РС: Это действия на перспективу? Ведь сейчас у операторов уже стоит импортное оборудование.

В. Т.: Идет постепенное развитие, трафик растет. Оборудования требуется все больше и больше. Уже тестируют системы мобильной связи пятого поколения, которые приведут к серьезному росту трафика. Конечно, для нас это тоже шанс, мы практически единственные в стране, кто делает подобное оборудование.

Если мыслить стратегически, то не только для «Т8», но и для государства было бы здорово, чтобы импортозамещение предполагало замену не американского оборудования на китайское, а зарубежного на отечественное. Как гражданин России я был бы счастлив, если это произойдет.

Сейчас ситуация не такая уж плохая, какие-то факторы для российских производителей вполне можно назвать позитивными. Например, я считаю, что для промышленности текущий курс доллара США (около 60 рублей) оптимален. В этом случае легче конкурировать с зарубежными вендорами. Если он будет 100, то, наверное, экономика вообще остановится. Если вернется к 30, то все начнут покупать импорт и забудут, что есть что-то российское.

РС: Вы не конкурируете с отечественными производителями?

В. Т.: «Т8» занимает 10% рынка DWDM-систем в России. Серьезных конкурентов в этой области среди отечественных компаний я не вижу. Есть еще «СУПЕРТЕЛ», но их оборот существенно ниже.

Главным нашим достижением за последние годы стало второе место в тендере «Ростелекома» на поставку оборудования для магистральной транспортной сети с общим бюджетом 6 млрд рублей. На первом месте оказалась компания Nokia (бывшая Alcatel Lucent), на третьем Huawei, на четвертом Infinera.

После тендера стало очевидно, что российское оборудование может быть хорошего качества и при этом дешевле китайского. Я считаю, что «Ростелеком» сделал гениальный ход, сложив больше 30 проектов вместе и проведя единые торги. Выяснилось, что китайцы точечно дают низкую цену, но она сильно возрастает, когда нужно обеспечивать связь между созданными узлами системы.

Нужно сказать, что «Ростелеком» заключил с нами рамочный договор на 1,8 млрд рублей. И теперь возникла парадоксальная ситуация. С одной стороны, мы счастливы, что у нас есть такие заказы. С другой – получается, что «Ростелекому» не очень удобно с нами работать. Дело в том, что российские банки не могут дать нам в рамках имеющегося заказа такие финансовые продукты (рассрочки, кредиты), какие предлагают производителям западные или восточные финансовые организации. Я общался с представителями банков, пытался их убедить пойти нам навстречу. Но пока никто не хочет этим заниматься. Будем смотреть правде в глаза: получается, что наши банки практически блокируют отечественную промышленность.

РС: Возможен ли выход российского производителя на мировой рынок?

В. Т.: Если говорить про «Т8», то это стратегическая задача компании. Исторически сложилось так, что мы начали работать на экспорт больше десяти лет назад, поставляя оборудование в Казахстан. Правда, кризис 2008 года, который был очень силен в этой стране, сильно уменьшил это направление, но сейчас оно опять развивается.

К сожалению, в экспорте много политики. Например, в странах, которые находятся под влиянием США, российские товары фактически запрещены. То же самое с Китаем. В итоге получается, что в мире не так много стран, которые могли бы покупать оборудование, сделанное в России.

Тем не менее мы активно развиваем это направление. Сейчас доля экспорта у нас составляет около 10 процентов. Пока мы сотрудничаем с заказчиками в основном из стран бывшего Советского Союза (Казахстан, Беларусь), есть небольшие проекты в дальнем зарубежье. Но я уверен, что в ближайшие несколько лет доля экспорта у нас будет расти.

РС: Какие факторы могут положительно повлиять на рост отечественного рынка производства DWDM-систем?

В. Т.: Я сохраняю оптимизм и верю, что импортозамещение будет реальным. Это должно произойти. В майском указе президента [2] говорится, что все импортное инфокоммуникационное оборудование должно быть заменено отечественным. Я надеюсь, хотя бы компании с госучастием прислушаются к этому и начнут заказывать все больше российских систем. Для нашей компании и рынка в целом это хороший шанс.

Еще одна ниша для роста – это онлайн-кассы и банковские системы. Очевидно, что там, где речь идет о передаче платежных и личных данных, должны использоваться защищенные системы отечественного производства.

Что касается в целом рынка гражданского применения, то общим драйвером роста станет внедрение 5G и интернета вещей.

РС: С именем «Т8» связаны мировые рекорды по скорости передачи данных. Ждать ли новых свершений в этом направлении?

В. Т.: В 2017 году мы начинаем массово поставлять заказчикам оборудование, которое позволяет передавать данные со скоростью 400 Гбит/с (2 х 200 Гбит/с). С этими устройствами все просто – они обеспечивают самый дешевый трафик. Весь комплект стоит 40 тыс. долларов США, а значит, цена 100 Гбит/с – 10 тысяч. Я считаю, что это фактически трехкратное или даже четырехкратное падение стоимости трафика. Можно сказать, что раньше мы били рекорды по дальности, по скорости, а теперь и по цене.

РС: Удается ли в нынешних экономических условиях выделять достаточное количество инвестиций на исследования и разработки?

В. Т.: Да, удается. Наша стратегия состоит в том, что мы должны быть на переднем крае науки. Мы делаем самые лучшие DWDM-системы в России и одни из лучших в мире. У нас выходит огромное количество научных работ мирового класса. Индекс Хирша [3] наших публикаций достиг высокого значения. Получается, что наш научный центр хорош даже на глобальном уровне. Мы много сил уделяем поддержке этого направления. Я хочу, чтобы здесь, в России, были научные центры, которые принадлежат отечественным компаниям, а не зарубежным.

РС: В 2016 году «Т8» и Российский квантовый центр объявили о начале совместной работы над системой защищенной квантовой связи. Расскажите об этом проекте.

В. Т.: Этот проект развивается, хотя и не так быстро, как нам бы хотелось. Классическая квантовая связь, то есть однофотонная передача данных, имеет очень низкую скорость (доли килобита в секунду) и дальность (100–300 км). Возникает вопрос: зачем она нужна сейчас, когда скорости исчисляются гигабитами и терабитами с секунду, а расстояния – тысячами километров? Оказалось, что технологии DWDM и квантовой связи отлично дополняют друг друга. Смысл в том, что квантовая связь может использоваться для защиты информации, переданной по стандартным каналам, что повышает надежность. В этом и состоит суть нашего сотрудничества. Мы не конкурируем, мы дополняем друг друга. Итоговый продукт получит очень хорошую синергию. Это прогрессивная идея.

Если удастся сделать систему защищенной связи, например, для банков Москвы, это будет уже колоссальный прорыв. Но пока подобные проекты не реализованы.

РС: Какие еще новые направления интересны компании?

В. Т.: «Т8» занимается волоконной оптикой. Это направление можно разбить на три сегмента. Первый – это волоконные лазеры, ими мы не занимаемся. Второй – волоконная связь. Это наше основное направление деятельности. Мы продолжим работать над увеличением скорости и дальности, снижением цены трафика, будем решать новые софтверные задачи, совершенствовать системы управления, коммутации.

Третий сегмент – это датчики. Сегодня в России используется десятки миллионов километров волокна. Оно повсюду. Километр стоит 7-8 долларов. Это дешевле не только проводов, но даже рыболовной лески. Волокно – очень чувствительный элемент. Его можно эффективно применять для мониторинга. Волоконные датчики могут показывать очень небольшие акустические воздействия. Если кабель закопан в земле, то можно за 10 метров определить, что к этой точке приближаются человек или машина. Используя эти свойства, мы разработали систему волоконно-оптического мониторинга «Дунай», она позволяет определять точку воздействия на расстоянии до 50 километров. Мы создали и встроили в прибор нейронную сеть, которая классифицирует воздействия и позволяет понять, что происходит. В «Дунай» мы заложили все принципы, которые используются в магистральных системах связи, – надежность, мониторинг, удаленное управление. Получился очень хороший промышленный прибор, который найдет применение в крупных компаниях, к примеру, в нефтегазовом секторе.

РС: Заказчики уже есть?

В. Т.: Восемь таких систем охраняют аэропорт Домодедово. Это интересный и экспортоспособный проект, у которого нет аналогов в мире. Сейчас ищем для системы новые применения. В составе российской делегации мы посетили Японию и продемонстрировали «Дунай» в качестве прибора для мониторинга землетрясений. У этой страны лучшая в мире сейсмосеть, которая состоит всего из одной тысячи станций. Если 1% волокна, которое есть в Японии, снабдить нашими приборами, это будет эквивалентно одному миллиону станций. Качество сейсмоанализа вырастет на несколько порядков. Конечно, японцам очень интересен этот проект. К тому же это дешевое решение, которое использует существующую инфраструктуру связи и дает ей новое качество.

Также мы продемонстрировали систему в Южной Америке. В Перу достигли предварительных договоренностей о ее поставке.

РС: Вы не раз заявляли, что главная ценность компании – команда специалистов. Как в «Т8» решается кадровый вопрос?

В. Т.: У нас работают выпускники ведущих вузов страны: физики в основном из МГУ и МФТИ, электронщики из МГТУ им. Баумана, проектированием систем связи занимаются те, кто окончил МТУСИ.

Сейчас кадровый вопрос остается, пожалуй, самым важным в нашей стране. Я считаю, что одна из главных проблем в России – это колоссальная реклама эмиграции. Чуть ли не каждый день СМИ пишут о том, как специалист, которого здесь не ценили, уехал в Кремниевую долину и заработал миллионы. По большому счету, таким образом мы уничтожаем наше будущее. Реклама эмиграции делает техническое развитие страны если не невозможным, то очень сложным.

Надеюсь, что доля отечественных предприятий на рынке будет повышаться. Я хочу жить в России, хочу, чтобы здесь был технический прогресс, чтобы люди учились, работали и получали хорошую зарплату в наших компаниях.

Во многих вузах «Т8» создает свои лаборатории. Скоро выйдет уже третье издание нашей книги «DWDM-системы», которую мы бесплатно распространяем в высших учебных заведениях. Всеми силами стараемся содействовать техническому росту студентов и выпускников.

РС: Как строится взаимодействие компании «Т8» и государства?

В. Т.: Мы участвуем в различных госпрограммах. Одна из них – это «Развитие электронной и радиоэлектронной промышленности на 2013–2025 годы». Нам она компенсирует 50% затрат на исследования и разработки.

Программа «Национальные чемпионы», в которой мы участвуем, ориентирована на поддержку экспорта. В ее рамках предлагаются кредиты на поставку оборудования за границу на очень хороших условиях. Они уже сопоставимы по качеству с зарубежными финансовыми услугами. Надеюсь, что это поможет увеличить экспорт.

Также отмечу работу фонда «Сколково», который дает нам возможность взаимодействовать с чиновниками высокого уровня и объяснять свою позицию.

РС: Какие изменения в законодательстве, на Ваш взгляд, необходимы отечественному рынку производства телеком-оборудования для успешного развития?

В. Т.: Я вижу несколько практических вариантов улучшения ситуации. В свое время в России была принята программа утилизации автомобилей. Я считаю, что она хорошо поддержала отечественный автопром. Сдал старую машину – получил скидку на автомобиль российского производства. Если на уровне законодательства принять программу по утилизации в области систем связи, то это приведет к буму на российском рынке телеком-оборудования.

Сейчас у заказчиков стоят устаревшие системы, которые они меняют. Крупные китайские вендоры за счет поддержки своего государства могут выкупить это оборудование и поставить новое собственного производства. У российских компаний такой возможности нет.

Также я считаю, что Минкомсвязь реализовала очень хорошую программу по поддержке отечественного софта. Она отлично работает и может стать образцом для создания аналогичного проекта в сфере производства телеком-оборудования.

Уверен, что запуск этих программ приведет к реальному росту российского рынка.

Справка

Владимир Николаевич Трещиков, генеральный директор ООО «Т8»

  • Родился 11 октября 1972 года в городе Фрязино Московской области.
  • В 1995 году окончил МФТИ, с 1998-го – к.ф.-м.н. по специальности «лазерная физика».
  • С 1993 года – научный сотрудник ИРЭ РАН.
  • С 2004 года – генеральный директор ООО «Связь-Электро М».
  • С 2008 года – генеральный директор ООО «Т8».

Компания «Т8»

  • Ведущий отечественный производитель телекоммуникационного оборудования спектрального уплотнения (DWDM и CWDM) для оптических сетей связи в России и странах СНГ. Разрабатывает и производит всю линейку DWDM- и CWDM-оборудования до 400 гигабит в секунду.
  • В компании работает более 170 человек, в том числе 2 доктора и 17 кандидатов наук. «Т8» располагает собственным научно-исследовательским центром («Т8 НТЦ»), который является резидентом инновационного центра «Сколково», и самой большой в России измерительной лабораторией.
  • На разработанной DWDM-платформе «Волга» было поставлено несколько мировых рекордов в передаче сигнала 100 Гбит/с: на 4000 км в 80-канальной DWDM-системе без компенсаторов дисперсии и без регенерации; 10*100 Гбит/с на 500 км в однопролетной линии. В 2015 году компания передала сигнал 100 Гбит/с в реальной линии на 4250 км Москва – Новосибирск без регенерации сигнала.
  • Одно из дополнительных направлений в области разработки волоконно-оптических датчиков – это система «Дунай». Устройство предназначено для охраны и мониторинга протяженных объектов: нефте- и газопроводов, линий связи, периметров больших территорий.

____________________

[1] DWDM (Dense Wavelength Division Multiplexing) — плотное мультиплексирование с разделением по длине волны. Технология позволяет одновременно передавать большое количество каналов по одному оптическому волокну.

[2] Указ Президента РФ от 09.05.2017 № 203 «О Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы».

[3] Индекс Хирша – показатель для оценки научной продуктивности, основанный на количестве публикаций и количестве их цитирований.