цифровой рубль
ИТ / Статьи
финансы цифровизация экспертная колонка
22.11.2023

Цифра рубль бережет

Подводные камни и преимущества внедрения цифровых денег

Международный тренд на цифровые валюты сталкивается в России с репутационными издержками. Между тем именно в нашей стране цифровые валюты могут оказаться эффективнее по сравнению с остальным миром в силу экономической обстановки. Почему цифровой рубль поможет в защите от финансовых кризисов и санкций, а также спасет от отключения интернета и отсутствия импорта, читателям RSpectr рассказал член Общественного совета при Минцифры России, генеральный директор «Интериум» Валерий Сидоренко.

ЧТО ТАКОЕ ЦИФРОВОЙ РУБЛЬ И КТО ЕГО ВНЕДРЯЕТ

Тема введенного в России с 1 августа цифрового рубля ушла из поля зрения федеральных СМИ, но работа над проектом продолжается: ЦБ и правительство РФ анонсируют интеграцию проекта с платежной системой Эмиратов, а 15 ноября аналогичная цифровая валюта запустилась в Казахстане. В нашей стране сохраняется градус недоверия к цифровому рублю среди граждан, несмотря на просветительскую работу властей. И, хотя по мере внедрения негатив будет снижаться, он может омрачить окно возможностей, которое открыли перед Россией санкции, – стать лидером мировой практики внедрения цифровых валют.

Цифровой рубль не стал фиатной валютой в классическом, «налично-безналичном» смысле этого слова: речь о цифровом токене на блокчейне, конвертируемом в расчетные единицы государством-эмитентом. Ближайшей аналогией можно назвать баллы лояльности сетей магазинов, в роли которых выступает Центробанк РФ. ВТБ уже отчитался о первых операциях с цифровым рублем, а ЦБ в 2024 году планирует увеличить число участников пилота с 600 до нескольких тысяч.

Цифровыми рублями можно платить зарплаты и пенсии, рассчитываться за товары, хранить и переводить в пределах 300 тыс. рублей в месяц с минимальными или нулевыми комиссиями.

Важно, что ими получится платить даже без интернета – что пригодится, к примеру, при неполадках в работе POS-терминалов из-за санкций

Цифровые рубли проще отследить и вернуть в случае мошеннических транзакций. Наконец, любой владелец (от государства до родителей, выдающих карманные деньги детям) сможет настраивать целевое использование цифровых средств – заранее определив, на что их можно потратить.

Вот только положить цифровую валюту на вклад под проценты, взять в ней кредит, обменять на доллары или инвестировать нельзя. Именно это, а также повышенный контроль над транзакциями, и вызывает основную критику в их адрес. Чтобы разобрать пункты этой критики, нужно посмотреть на российский цифровой рубль в общемировом контексте.

РОССИЙСКАЯ И МИРОВАЯ ПРАКТИКА

Цифровые валюты центральных банков (ЦВЦБ) – распространенное и модное в мире явление. Дискуссии вокруг них активизировались в последние годы из-за высокой инфляции, тяги к дедолларизации, стремления правительств оптимизировать бюджетные расходы – и, конечно, цифровизации. Растущая популярность идеи безусловного базового дохода (ББД) также повлияла на актуальность ЦВЦБ: выдавать его в виде цифровой валюты было бы проще для борьбы с инфляцией.

Россия стала четвертой страной с полноценной цифровой валютой в мире в компании Нигерии, Ямайки и Багамских островов.

Тестируют аналогичные проекты 13 государств, в том числе Китай, Сингапур, ОАЭ и Франция. Планы по их запуску есть примерно в 70 странах, в том числе в США и Казахстан

Пионеры в разработке идеи цифровых валют – англосаксонские финансовые центры. Однако они не спешат с внедрением, предпочитая наблюдать за результатами экспериментов на периферии мир-системы. Оно и понятно: для развивающихся стран создание «второго контура» хождения нацвалюты позволяет, помимо прочего, удержать деньги в стране в случае кризиса и поддерживать национальных производителей – но вот как поведет себя финансовая система не периферийной, а крупной страны после такого «дубляжа», ясно не до конца.

Именно поэтому внедрение ЦВЦБ в экономике РФ – важная веха во всем общемировом проекте ЦВЦБ – из-за ее масштаба. От отчетности о применении цифрового рубля будет зависеть популярность других цифровых валют в мире. И есть основания полагать, что это применение будет успешным.

НЕ ВСЕ ТАК ОДНОЗНАЧНО

Само собой, такой масштабный проект не мог не встретить волну критики, причем иногда справедливой: далеко не все эксперименты по внедрению ЦВЦБ были удачными. В 2017–2018 годах Уругвай первым в мире запустил пилотный проект «электронного песо» для 10 тыс. жителей, который был признан неудачным. Среди причин – неспособность обеспечить безопасность, техническая сложность и банальное недоверие государству.

Неоднозначным оказался и опыт нигерийской цифровой найры. После шоковой монетарной реформы 2022 года, вызвавшей нехватку наличности и беспорядки, правительство там взяло курс на продвижение электронной валюты как антикризисного инструмента. Однако запущенная еще годом ранее валюта не снискала популярности. В 2022 году ей пользовалось около 0,5% населения, сегодня цифра поднялась примерно до 6%. Нигерийцы, противясь насильственному внедрению местной ЦВЦБ, даже устраивали в марте 2023 года массовые протесты.

Однако речь здесь скорее об исключениях, чем правилах. В Уругвае, как показали исследования, ситуацию можно было исправить лучшим пиаром и вложениями в безопасность. В Нигерии правительство изначально прибегло к цифровой валюте как способу «переломить» собственное население, поэтому на позитивный результат надеяться не стоило.

В основе цифровой валюты лежит безусловно благая идея – стремление создать внутри экономики страны контур распределения жизненно важных благ, защищенный от финансовых кризисов и санкций. Гарантировать каждому жителю страны получение базовых услуг даже при полном отсутствии интернета и импорта.

Другими словами,

цифровой рубль – это гарантия выполнения государством своих обязательств и «контур защиты» национальной экономики от колебаний рынка и санкций в ИТ-сфере

На российской почве эта идея может найти широкое применение: наша страна находится в числе лидеров по цифровизации госсектора, поэтому издержек в плане безопасности удастся избежать, а уровень доверия к государственным ИТ-сервисам выше, чем в развивающихся странах.

ПОЧЕМУ ЦИФРОВОЙ РУБЛЬ — НЕ «ДЕРЕВЯННЫЙ»

В России апологеты цифрового рубля наталкиваются на критические ассоциации с советским прошлым. В основе последних лежит тезис о том, что введение дополнительной «внутренней» валюты якобы приведет к спекуляциям, возникновению параллельного курса «рубль – рубль» и дефициту товаров, продаваемых за цифровые деньги.

В головах аудитории при таких аналогиях просыпаются воспоминания о «деревянном» советском рубле, валютных обменниках, разнице цен между колхозными рынками и государственными магазинами и, конечно, дефиците. А именно дефицита и пустых полок, как показывают опросы, россияне боятся больше всего.

Но это лишь манипуляция: никакие менялы с цифровыми рублями под плащом россиян не ожидают. Чтобы опровергнуть эту манипуляцию, разберем ее историческую часть. В советской экономике действительно использовались два рубля, циркулировавших в двух «контурах» экономики.

Первый – «переводной» рубль – существовал только на бумаге и в финансовой отчетности. Он использовался как средство взаиморасчетов со странами СЭВ, в транзакциях «совзагранбанков», им финансировали инфраструктурные проекты. Вторым – собственно наличным, «деревянным» рублем – выдавали зарплаты и пенсии, и два контура пересекались только в хозяйственной деятельности предприятий.

Критики идеи ЦВЦБ в России намекают на повторение советского опыта: цифровой рубль якобы станет новым «деревянным», на него переведут все выплаты, зафиксируют цены на потребительские товары – и советский дефицит вернется на полки.

Но даже при таком апокалиптическом сценарии дефицита не будет. Главное отличие сегодняшней ситуации от советской – наличие в стране развитого потребительского рынка.

ПОЧЕМУ РОССИЯ – ИДЕАЛЬНАЯ СТРАНА ДЛЯ ЦИФРОВОЙ ВАЛЮТЫ

Другое направление критики цифровых рублей идет по линии невозможности использования их как средства накопления капитала. Критики указывают на то, что получатели цифровых рублей якобы будут отрезаны от мирового финансового рынка: их нельзя будет вывести за рубеж, обменять на валюту, инвестировать в стабильные ценные бумаги и получать проценты.

Но в этой аргументации игнорируется главное логическое звено: для РФ описанные инструменты уже малоактуальны. Россияне уже отрезаны от мировых финансовых рынков санкциями, уже не могут свободно перемещать капитал по миру, уже не могут свободно покупать доллары и выводить их на зарубежные счета – ни за цифровые, ни за обычные рубли. А объем долгосрочных вкладов в банках РФ на начало 2023 года упал до рекордно низкого уровня за 10 лет: доля их теперь едва превышает 20% розничных пассивов банков.

Более того, Россия – страна с высокой ролью госрасходов в экономике и высокой долей «бюджетников», а в связи с санкционным кризисом обе еще возрастут. Так как именно бюджетники, скорее всего, станут первыми получателями цифрового рубля, его внедрение поможет оптимизировать государственные расходы и защитить людей от инфляции.

Поэтому бюджетники просто не заметят разницы функционала между обычными и цифровыми рублями, тем более что часть из них, например, госслужащие и военные, и ранее не могли пользоваться ограниченными в цифровом рубле функциями. К примеру, вкладываться в иностранные активы. А та часть населения, что активно инвестировала и сберегала, — верхушка среднего класса, работники крупного частного бизнеса и международных структур — скорее всего, продолжит получать «классические» рубли и дискомфорта не ощутит. В этом смысле рядовым гражданам США или Великобритании, для которых такие ограничения болезненнее, стоило бы наблюдать за ходом «цифровизации» валют пристальнее россиян.

Если и есть пункт критики, с которым можно согласиться, – это дискуссия об уплате цифровыми рублями налогов и государственных пошлин. В ней есть концептуальный момент: если государство эмитирует средство платежа для обязательств между участниками рынка, но отказывается принимать его для обязательств перед собой, это снижает доверие к государству. Именно так начался в Москве XVII века печально знаменитый Медный бунт. Государство тогда стало выплачивать жалование медными монетами (которые стремительно обесценивались), а вот в уплату пошлин требовать твердое серебро.

К сожалению, как уже стало ясно из заявлений властей, заплатить налоги цифровыми рублями будет нельзя. Любопытно, что в апреле 2021 года, пока запуск ЦВЦБ еще обсуждался, ЦБ обещал ровно обратное.

Подводя итог, хочется отметить, что Россия сегодня – практически идеальное государство для тестирования и внедрения цифровой валюты ЦБ. Развитый и надежный ИТ-сектор, высокая доля бюджетных расходов и внешние обстоятельства, сделавшие неактуальной разницу между обычной валютой и цифровой, позволяют добиться максимального эффекта от реформы ЦВЦБ.

Тезисы критиков цифрового рубля о «повторении советского опыта» и ограниченности его функционала не учитывают исторический и санкционный контекст. Тем не менее с одним из них все-таки можно согласиться: отказ государства принимать CBDC в уплату налогов и пошлин снижает доверие к инструменту.

Изображение: RSpectr, Adobe Stock

Еще по теме

Каковы перспективы трансфера технологий госуправления в другие страны

Как создать популярную мобильную видеоигру с нуля

Путь, который ИТ- и ИБ-специалисты должны пройти вместе

К чему приведет новый всплеск интереса к метавселенным

Что мешает отечественным разработчикам цифровых решений

Каким должен быть современный продакт-менеджмент в мире облачных технологий

Безопасная разработка софта и как она помогает бизнесу сэкономить деньги

Как ИТ-технологии меняют логистические процессы

Какие специальности в ИИ-индустрии будут востребованы в 2024 году

Альтернативный подход к решению проблем проектирования ИТ-систем

Чего ждать в 2024 году, чек-лист самоанализа и советы по формированию культуры

Как защитить конфиденциальную информацию при работе с искусственным интеллектом

Воспитываем из ребенка будущего ИТ-специалиста

Почему иностранные государства предпочитают программное обеспечение из России

Как строительная отрасль оценивает эффективность внедренных информационных систем